В первые дни 2026 года президент Торгово-промышленной палаты Воронежской области дал большое интервью воронежской газете «МОЁ!»
_____________________
Как на покупателей повлияет повышение НДС, почему у работников сегодня есть все шансы добиться повышения зарплаты и что делать, чтобы рабочие не уходили в курьеры и таксисты
Производители, продавцы и покупатели – пассажиры одной лодки. Бизнес зависит от спроса потребителей. Спрос – от доходов покупателей и от цен. Цены, конечно, зависят от множества факторов. Но один из самых важных – налоги и сборы. И здесь в последние два года государство заметно ужесточает политику, повышая налоги.
В 2025 году, напомним, с 20 до 25 % выросла ставка налога на прибыль. А с 1 января 2026-го повысилась ставки налога на добавленную стоимость – с 20% до 22%. Одновременно с повышением произошло резкое сокращение лимита дохода, при котором малый бизнес на упрощённой системе налогообложения освобождается от уплаты НДС. Таким образом, те производители и поставщики, которые ранее не включали в стоимость своих товаров НДС, с 1 января это делают. Правда, в большинстве случаев по ставке в 5% – как малый бизнес.
О том, что думают об этих новшествах предприниматели и что будет с ценами, мы побеседовали с президентом Союза «Торгово-промышленная палата Воронежской области» Сергеем ПЕТРОВСКИМ.
«Конечная стоимость товаров и услуг может вырасти не на 5 %, а заметнее»
– Сергей Владимирович, как в свете всех нововведений 2026 года чувствуют себя индивидуальные предприниматели, малые предприятия, ООО?
– Реформа упрощённой системы налогообложения – УСН – на самом деле началась год назад. Но тогда под действие этой реформы попало достаточно небольшое количество юрлиц и индивидуальных предпринимателей – те, у которых выручка превысила 60 миллионов рублей в год. Соответственно, на текущие бизнес-процессы, на экономику региона это большого влияния не оказывало.
Другое дело наступивший 2026 год. Для предпринимателей на УСН порог налогового дохода для уплаты налога на добавленную стоимость снижен очень сильно – с 60 миллионов до 20 миллионов. И в перспективе будет ещё снижаться.
– До 15 миллионов в 2027 году и до 10 миллионов в 2028 году.
– Совершенно верно. И вот эта ситуация, конечно, настораживает. Под нововведения попадает уже достаточно большой круг предпринимателей.
Поговорим про администрирование этого налога. НДС под пристальным вниманием налоговых органов. При этом его начисление и уплата – достаточно серьёзный процесс, к которому многие предприниматели были просто не готовы. Не секрет, что малый бизнес в большинстве случаев не имеет своего штатного бухгалтера и отдаёт бухгалтерию на аутсорсинг. Теперь уже надо будет искать того бухгалтера, который владеет «НДСной» практикой. Это дополнительные затраты. Плюс есть опасения штрафов за неправильный расчёт и уплату НДС.
А главное – это, конечно, рост цен. Казалось бы, 5 % – не очень большая цифра. Но большинство товаров и услуг – результат производственной цепочки. Один предприниматель производит сырьё, второй поставляет, третий проводит первичную обработку, четвёртый выпускает готовый продукт. И если каждый из участников этой цепочки теперь будет включать в цену налог на добавленную стоимость в размере 5%, то конечная стоимость товара и услуги вырастет не на 5%, а заметнее. А если рост цены для потребителя будет существенным, то произойдёт снижение потребительского спроса. Да и спроса со стороны компаний. Есть опасения, что бизнес начнёт «сжиматься».
«Ужесточение налоговых правил влечёт отток предпринимателей в серую зону»
– Как в этой ситуации может помочь предпринимателям и потребителям Торгово-промышленная палата?
– На стадии принятия решения правительством России условия были жёстче. Предполагалось сразу снизить порог для уплаты НДС с 60 миллионов до 10 миллионов рублей в год. Но деловые объединения встали, можно сказать, единым фронтом. Мы подготовили аргументированные аналитические записки для аппарата правительства. Не скажу, что мы добились того эффекта, который предполагали... Но в целом к нашему мнению о том, что в условиях такой геополитической нестабильности такие резкие решения принимать нельзя, прислушались. Теперь мы будем внимательно следить за сложностями, с которыми столкнётся малый бизнес при администрировании налога, и за тем, как всё происходящее отражается на ценах.
Кстати, в прошлом году наша организация, будучи сама на упрощённой системе налогообложения, по закону перешла на уплату НДС. Сначала было достаточно сложно. Налоговая служба, как администратор процесса, не на все наши вопросы могла ответить. Но постепенно – и благодаря семинарам налоговой, и благодаря экспертам в области НДС – практически все вопросы разрешились. Понятно, как и что делать. И этот свой опыт мы готовы передать предпринимателям. Особенно с учётом того, что правительство предлагает убрать сроки давности для привлечения к ответственности за налоговые преступления. Так что будем помогать бизнесу не совершать ошибок с налогами.
– Сергей Владимирович, на ваш взгляд, какое количество предпринимателей в этом случае постарается не администрировать налог правильно, а перейти в зону наличности из безналичных расчётов? Есть здесь риски того, что государство на самом деле недополучит налоги? Маленький пример приведу, как человек, который покупает продукты на рынках. Все мои знакомые продавцы начали меня просить платить наличными.
– Да, такая тенденция уже есть, её отмечают и федеральные эксперты. Безусловно, любое ужесточение налоговых правил и условий ведения бизнеса влечёт, скажем так, некий отток предпринимателей в серую зону. Безусловно, люди будут искать какие–то варианты… Но эти варианты достаточно чреваты. Налоговые органы будут сейчас пристально смотреть за денежными потоками и размером выручки. И будут сравнивать. Алгоритмы для этого уже есть, включая применение искусственного интеллекта. И здесь я просто призываю бизнес осторожнее относится к такой «оптимизации» и постараться не использовать такие варианты. Поскольку последствия могут быть гораздо тяжелее и хуже, чем официальная уплата НДС.
«Санкции не оказали принципиального влияния на экономику Воронежской области»
– В последний раз мы с вами встречались четыре года назад, в марте 2022 года. Тогда были очень существенные опасения, что введённые санкции парализуют работу многих предприятий. Но этого не произошло. За эти годы в каких отраслях, на ваш взгляд, произошел «отскок в плюс»? А где всё–таки тяжело? Где произошел спад?
– Четыре года – очень большой срок для страны, для её экономики в условиях такого жесточайшего антироссийского окружения, в условиях введения всё новых санкций. И отраден тот факт, что существенного, принципиального влияния на экономику нашего региона вот это санкционное давление в общем–то не оказало. Воронежская область, к счастью, не сырьевой регион. У нас в достаточной степени развиты и промышленная, и аграрная составляющие, и сфера услуг. У нас нет отраслей со взрывным ростом производства, и нет отраслей с жуткой стагнацией.
Но есть, безусловно, те отрасли, которые испытывают спад. Например, жилищное строительство. Воронежская область по темпам такого строительства – один из лидеров в Центральной России. Но так как сейчас обычное ипотечное кредитование практически на нуле, а льготное заметно сузилось, конечно же, компании снизили темпы строительства. А стройка – один из локомотивов экономики, который за собой тянет очень много вагончиков, в том числе и с малыми и средними предпринимателями. Это поставщики и продукции для строительства, это и поставщики услуг для строительной отрасли.
«Ни один разумный человек не будет сейчас брать кредиты на покупки»
– Снизился ведь не только уровень ипотечного кредитования…
– Мягко скажем, достаточно сильно снизился и уровень потребительского кредитования. Под те проценты, которые предлагают сейчас банки, ни один разумный человек не будет брать кредит на покупки. В результате этого заметно упал спрос на товары, которые раньше зачастую покупались в кредит – например, на бытовую технику. Хотя мы пока не говорим о каком–то критическом падении или об обвале.
И, наконец, по таким ставкам не может кредитоваться для своего развития и для какой–то инвестиционной деятельности сам бизнес. Вот это уже, скажем так, пугающий момент.
Наши ведущие банки отчитываются по итогам 2025 года, что уровень кредитования бизнеса достаточно большой, называют цифры. Но я, если честно, удивляюсь – кого они кредитуют под такие проценты? Ну, возможно, от некоей безысходности уже бизнесмены берут кредиты, если нужно заделать какую-то «пробоину».
– Позвольте я вас тогда попрошу оценить один показатель. Чуть меньше года назад в этой студии был представитель Банка России, мы беседовали об инфляции. И наш собеседник отметил, что на самом деле на «кредитное плечо» опирается весьма небольшое число предприятий, остальные же организации живут на собственные деньги.
– Если мы говорим о «живут», то да – тех, кто живёт на кредитах, немного. Но если говорить о развитии, то у большинства организаций нет такого количества денег, чтобы, условно говоря, построить новое предприятие самостоятельно. Практически все инвестиционные проекты в Воронежской области реализуются с учётом заёмных денежных средств. Так что повышение ставок по кредитам и повышение налогов ещё раз сузили для предприятий тот коридор, по которому они могут идти вперёд.
«Если ты не будешь индексировать зарплату, то останешься без кадров»
– А смогли ли при этом предприниматели в 2025 году проиндексировать зарплату своим сотрудникам?
– Я бы не использовал выражения «смогли» или «не смогли». В большинстве случаев они подняли зарплаты. И здесь сыграл свою роль фактор достаточно серьёзной вынужденности. Мы видим, что происходит на рынке труда. Сейчас его у нас формирует не работодатель, а работники. И они ставят работодателю условие: если ты не будешь индексировать зарплату, ты останешься вообще без кадров. За квалифицированных работников возникла жуткая конкуренция, и работники это чувствуют.
– Именно официальное трудоустройство и белая зарплата дают тот самый социальный пакет – больничные, отпускные, пенсионные баллы, выход на пенсию в срок, а не на 5 лет позже. При этом многие люди действительно полагают, что работа в такси или в сфере доставки без социальных гарантий – это очень здорово, прибыльно и правильно. А на ваш взгляд?
– С моей точки зрения, этот сектор достаточно сомнительный. Но факт налицо: молодые люди, достаточно крепкие и активные, которые могли бы работать в реальном производственном секторе экономики, туда не идут, а идут работать курьерами. Я живу в многоквартирном доме. Достаточно часто, возвращаясь вечером домой, сталкиваюсь с такими доставщиками и разговариваю с этими ребятами. Мне интересна их мотивация. У многих из них, как выясняется, высшее образование. Многие работали на предприятиях. Но уволились. Почему?
Первый мотивационный момент – это, конечно, деньги. То есть те деньги, которые они получают, работая курьерами, несравнимо больше, чем то, что может позволить себе заплатить предприятие. А второй момент – чувство внутренней свободы. Хочу – кручу педали, хочу – остановлюсь и не буду брать заказы. За проходной предприятия такого чувства не было.
«У молодёжи работа на заводе создаёт ощущение клетки». Как это изменить?
– Но ведь на самом деле это чувство свободы обманчиво. Нельзя не крутить педали два месяца, потому что нужно же будет на что-то питаться и платить за коммунальные услуги.
– Безусловно. И свобода ограничена локально. Одним днем, двумя днями... Понимаете, мы немножко потеряли чувство гордости работающего человека. Что он работает на предприятии, за проходной, что называется. У молодёжи такая работа создаёт ощущение клетки. К сожалению, они не понимают, что если человек работает по серым схемам, получает деньги в конверте, то и его будущее будет таким же серым и туманным.
– Как раз про кадровые вопросы. Студенты медицинских вузов уже будут, как и в советское время, работать по распределению – отрабатывать расходы государства на их обучение. Стоит ли вводить подобное в случае со студентами инженерных специальностей?
– Наверное, здесь любые изменения должны быть в формате кнута и пряника. И в ситуации, когда человек обучается за счёт бюджета, то есть не платит деньги за свое обучение, наверное, применимо говорить о распределении. У нас достаточно много предприятий, которые входят в госкорпорации. И государство должно позаботиться о том, чтобы это предприятие было обеспечено кадрами.
Но ведь можно делать это и не из-под палки. Здесь важен опыт промышленного туризма для школьников или для студентов, которые задаются вопросом «Куда идти работать?». Некоторые предприятия не только показывают гостям производство, но и рассказывают о социальных и мотивационных программах. Важно, чтобы эти программы были.
Роман ПРЫТКОВ
Фото Игоря ФИЛОНОВА
Газета «МОЁ!», №3 (1627), 20 января 2026 г.
